Чемпионаты  Чемпионат СССР 1974  12 апреля 1974 (пт)  Арарат (Ереван) - Торпедо (Москва) 0:1

"Арарат" (Ереван) - "Торпедо" (Москва) 0:1 (0:1)

12 апреля 1974. Ереван. Стадион "Раздан". Ясно. 15 градусов. 50000 зрителей.

Судьи: К.Круашвили (Тбилиси), М.Кусень (Львов), Э.Азим-Заде (Баку).

"Арарат": Абрамян, Геворкян, Бондаренко, Арутюнян, Месропян, Н.Петросян, Погосян, Иштоян, Маркаров, Заназанян, Казарян (Татевосян, 72).

"Торпедо": Зарапин, Тукманов, Пахомов, Бутурлакин, Худиев, Белоусов, Филатов, Никонов (Фетисов, 60), Юрин (Соловьёв, 70), Еськов, Абрамов.

Гол: 0:1 В.Абрамов (28).

Дублёры - 1:1. Голы: Минасян - Даниленко.

Источник: Личный архив Полякова    2016-02-02 22:07:12

Как важна первая победа в чемпионате! Как важен первый гол! И хозяева поля - чемпионы и обладатели Кубка, и гости - автозаводцы столицы, безусловно, понимали это. Никакой разведки или робости, скованности на первых минутах игры, я не заметил. Ереванцы за четверть часа нанесли по воротам Зарапина 8 (восемь!)прицельных ударов. Торпедовцы проявили хладнокровие, не только грамотно оборонялись, но и мгновенно использовали любую возможность для контратак.
Чемпионы повели длительную осаду ворот "Торпедо" и казалось, мяч вот-вот влетит в сетку гостей. У ереванцев вперед пошли не только форварды и полузащитники, но и центральный защитник Бондаренко, обладающий мощным ударом. Молодой вратарь Зарапин и его партнеры по обороне все время в игре...
Но тройка торпедовских форвардов явно замышляет ответный ход. Абрамов сдвинулся с левого фланга к центру поля, Никонов занял место правее, как раз посредине между Арутюняном и Месропяном. Еськов отошел чуть назад и остался свободным, так как Бондаренко убежал в очередную атаку, затеяв перепас с Н. Петросяном возле линии штрафной гостей.
Только я успел подумать: "Накажут ереванцев автозаводцы?", как усилиями Пахомова и Белоусова мяч был передан Еськову. Опытный мастер в одно касание сыграл вперед на Абрамова, и на подступах к штрафной того остановили неправильным приемом. Свободный удар пробил Филатов, причем сделал это не только быстро, но и технично, подрезав мяч внешней стороной стопы. Пока защитники ереванцев, пятясь назад, занимали исходные позиции, Абрамов взлетел над ними и головой послал мяч в угол ворот.
Был ли гол случайным? Кончно, нет! В аналогичной ситуации, после быстрой, а главное, неожиданной контратаки спустя несколько минут мог отличиться и Еськов, но великолепно сыграл Абрамян, взявший мяч после удара форварда метров с девяти. Затем дважды опасно бил по воротам Худиев, а если к этому добавить выход один на один того же Абрамова во втором тайме, то, вероятно, ни у кого не вызовет сомнения правильность выбора тактических средств гостями, ведь им на протяжении всех 90 минут удавалось сбалансировать свои наступательные и оборонительные усилия.
А вот нашему чемпиону в этот вечер гармонические действия удавались, к сожалению не всегда. Территориальное преимущество, которое было у хозяев в первом тайме, убаюкало ереванцев, они чересчур небрежно позволяли себе обращаться с мячом. Мол, не получилось - потеряли мяч, ну и что ж? Сейчас снова вернут его партнеры.... А небрежность становилась привычной, и терялись драгоценные секунды и минуты.
У москвичей же нельзя было не заметить бережного отношения к мячу. За редким исключением (Никонов и Юрин, которые, кстати, были заменены), ни один игрок не шел на риск потерять мяч без достаточного к тому основания. Именно это удачно дополняло основной тактический замысел "Торпедо". (В. Понедельник).

Источник: РВА Архив    2016-02-02 22:07:12

ВСЕГДА КАПИТАН.
(Виктор Шустиков).
Надобно предуведомить читателей, пусть не удивляются обилию цитат. Человека, о котором пойдет речь, я в течение многих лет наблюдал в игре и таким образом мог составить о нем полное представление как о футболисте. Но считаю нужным, объективности и точности ради, сослаться на мнения людей, непосредственно соприкасавшихся с ним в жизни, тех, кто был его партнером и противостоял ему на поле. Назову их сразу же В. Маслов, В. Иванов, Н. Симонян. Ну, а говорить они будут о торпедовском ветеране Викторе Шустикове. Впрочем, и сам о себе он тоже кое-что скажет.
Всего лишь «кое-что», ибо мой собеседник оказался скупым на слова. Хотя встречались мы и толковали по душам не один раз. Неразговорчивость иногда идет от сумрачности натуры, а иногда и от высокомерия. У Шустикова же она от скромности, даже, я бы сказал, от стеснительности. Для того чтобы сразу это почувствовать и объяснить именно так, вовсе не обязательно быть инженером человеческих душ. Однако вряд ли это лишь рожденное свойство характера: похоже, что еще в какой-то мере и влияние окружавшей его с детских лет среды. Отец Виктора Михаил Иванович много лет работал газосварщиком на заводе, мать, Татьяна Петровна, трудилась в малярном цеху на том же заводе, старшая сестра Валентина по специальности швея, двое дядей механики по автомобильному делу, а в годы войны водили машины по фронтовым дорогам. Да и сам Виктор пошел бы, наверное, по стопам близких, для того и станкоинструментальный техникум окончил, но захватил его накрепко в полон футбол, оттого-то уже игроком с именем поступил в институт физкультуры и теперь владеет дипломом тренера высшей квалификации.
Все это я опять к тому, что рос Шустиков в рабочей семье и в рабочем мире, где (я, понятно, не обобщаю, но так обычно бывает) не бойкость языка ценится превыше всего и не по звонкости фраз судят о человеке. Вот почему, думается, нелюбовь Шустикова к многоречивости, к суесловию, его скромность и сдержанность есть не только особенность характера, но и следствие воспитания.
Подобное можно, очевидно, отнести и к его трудолюбию в футболе, о чем я, в частности, столько был наслышан от тех же Маслова и Иванова. Трудолюбие ведь иногда бывает показным, нарочитым, выставочным, им порой и щеголяют, кокетничают, а у Шустикова оно всегда естественное, ему противопоказано быть иным. Рабочая косточка, проще сказать.
Маслов и Иванов, понятно, имели прежде всего в виду трудолюбие Шустикова на тренировках, то есть ту часть его работы, которая скрыта от глаз зрителей и обнаруживает себя лишь в играх. Я иной раз отправлялся на стадион, ставя перед собой локальную цель: в течение» всех 90 минут сосредоточить внимание на каком-либо одном футболисте. Это, конечно, шло в ущерб общему впечатлению от матча, но зато давало возможность лучше, полнее узнать того футболиста, определить его сильные и слабые стороны.
Так вот, избрав однажды объектом наблюдения Шустикова, я с некоторым удивлением установил, что буквально ни на одно мгновение не оставался он в состоянии покоя. Даже когда игра приостанавливалась для выполнения штрафных, свободных, угловых ударов, вбрасывания мяча из-за боковой либо когда арбитр делал вынужденную паузу для разбора какого-то конфликта. Шустиков все время был в движении, то выбирая наивыгодную позицию при обороне, то пытаясь интуитивно, либо по трезвому расчету выйти заранее на наиболее вероятную точку встречи с мячом, с соперником, с партнером, то выискивая свободное пространство для последующего наступательного маневра. Короче, был в непрерывном труде. И тут тоже не мог, не позволял он себе быть иным. Рабочая косточка!
Открыл Шустикова для большого футбола Виктор Александрович Маслов. Цитирую его:
— В пятьдесят третьем году мы с Анатолием Михайловичем Акимовым отбирали ребятишек в футбольную школу молодежи, просмотрели их, не соврать, тысяч десять. Нас заинтересовала команда «Фили», она два года выигрывала Кубок Москвы для мальчиков. Мы пригласили из нее в ФШМ несколько ребят, в том числе и Витю Шустикова, ему было тогда четырнадцать лет. Он мне понравился хотя бы тем, что не рвался, как это нередко бывает, в форварды, а сразу определился как центральный защитник и охотно, я бы сказал, со вкусом играл на этом месте...
Маслов поделился недавно со мной интересным соображением. Он считает, что выбор игрового амплуа во многом, если не во всем, зависит от характера футболиста; забывая об этом, тренер может совершить, непоправимую ошибку. Для роли стоппера не годится человек с повышенной чувствительностью, легко возбудимый, раздражительный, нужен, наоборот, уравновешенный, рассудительный, хладнокровный, расчетливый. Именно таким характером и обладал Шустиков и потому быстро пошел в гору.
— Когда я принял «Торпедо», — продолжал Маслов, — то позвал с собой и группу воспитанников ФШМ, включая Шустикова. И с середины сезона пятьдесят восьмого года он занял место в основном составе, заменив своего тезку опытного Марьенко. Виктор не отставал от времени, скорее, опережал его, но я скажу проще: он рос вместе с командой, и команда росла вместе с ним.
А закончил Маслов (цитирую его буквально по блокнотной записи) на несколько для него неожиданно высокой, но, не сомневаюсь, вполне искренней ноте:
— Он гордо и честно до конца держал свой флаг!
Маслов не уточнил, что он имеет в виду, а я в тот раз не стал допытываться, но, суммируя и обобщая впоследствии все услышанное о Шустикове и от Шустикова. подумал, что суть не просто в 427 матчах, сыгранных им па первенство страны, хотя цифра сама по себе внушительная, кажется, и рекордная. Суть и в другом, связанном с ней обстоятельстве, очень типичном для Шустикова-спортсмена и Шустикова-человека. На исходе 1962 года команду «Торпедо» постиг тяжелый удар, она потеряла сразу шесть игроков основного состава. Не стану перечислять их фамилии, не стану говорить и о причинах ухода, в трех случаях его нельзя было предотвратить. Но в остальных? Шустиков с доброй улыбкой вспомнил вдруг, что один из тех, кто покинул тогда «Торпедо», носил нередко (не в игре, разумеется) форменные трусы той команды, куда направил свои стопы. Мелочь, ясное дело, но, значит, мечтал о той команде с давних пор, стремился туда, можно ли его за это осуждать?
Я задал вопрос напрямую:
— А вы получали от кого-нибудь предложения о переходе?
Он замялся.
— Мне не хочется об этом говорить. Получал, не получал — какая разница. Все равно я бы не ушел. Я «Торпедо» всем обязан... — Помолчал. — Меня на заводе в партию приняли, как бы я людям в глаза смотрел? Но не надо об этом, ладно? — И повторил: — Никуда бы я не мог уйти.
И снова пришел мне в голову емкий образ: рабочая косточка! И по аналогии словосочетание: однополчане. Однополчане не по военной службе, но более расширительно: по пережитым сообща радостям и бедам, по совместно пролитому трудовому поту на одном заводе, на одной фабрике, шахте, нефтяном промысле, судне... И в одном спортивном коллективе, в одной команде. «Мы с Кировского, мы электросиловцы, мы сельмашевцы, серпомолотовцы...». Не спрашивал, но уверен, что когда мы беседовали с Шустиковым, то, отвечая на мой вопрос, ему подумалось — не прямо, конечно, но все же нечто похожее: как бы людям в глаза смотрел? (А я про себя: и как бы отцу смотрел?).
Читателю уже ясно, что все упомянутые 427 матчей, числящихся в шустиковском «формуляре», были сыграны за «Торпедо», иначе и быть не могло. Что же до удара, нанесенного команде, то оправилась она от него довольно быстро: спустя два сезона выиграла серебряные медали, а еще через год золотые. Так сказать, в назидание отступникам.
Валентин Иванов, который многие годы играл вместе с Шустиковым, а в нынешнем сезоне привлек его в команду вторым тренером, так его аттестует:
— Прекрасной души человек, мягкий, отзывчивый, деликатный. В режиме беспощаден был к себе до предела, в игре безотказен. Видели вы в комнате отдыха (разговор происходил на подмосковной базе команды в Мячкове) дружеский шарж на него? (Я видел: позади Шустикова ворота, а перед ним по пояс примерно, кирпичная кладка, попробуй, мол, пробейся). Выразительно, верно? Поспрошайте вратарей они вам все скажут, что чувствовали себя за Шустиковым, как за каменной стеной. (Я спрашивал у А.Кавазашвили. Он подтвердил).
Иванову вторит Никита Симонян:
— Очень аккуратный был стоппер, всегда сосредоточен, собран, не слишком быстрый, но обыгрывал без особого труда многих скоростников за счет точного выбора позиции. И неизменно корректен, никогда не пойдет на резкий, а тем более грубый прием, даже если ничего другого вроде бы и не остается. Поэтому подчеркну особо: играть против него всегда было трудно, но и всегда приятно. Он истинный рыцарь футбола.
Мне кажется, что рыцарское поведение Шустикова на поле, как и вообще в жизни, объясняется его высокой духовной культурой, а истоки ее уходят опять же в детство, отрочество, юность, то есть в те годы, когда он формировался как личность. Иванов, подчеркивая его принципиальность, говорит в то же время, как о чем-то парадоксальном, что у Шустикова, пожалуй, был некоторый переизбыток доброты.
— Он во всех и во всем видел и видит только добро. Потерпит команда неудачу, Виктор на разборе находит смягчающие обстоятельства, скажет, что в следующем матче мы поправимся — и все это буквально в двух-трех фразах. Сыграет кто-то вяло, лениво, Виктор и за него заступается, дескать, оступился человек, с кем не бывает, он еще себя покажет. А себя-то никогда не щадил. Как капитану, эта мягкость немного мешала ему, никого не способен был обругать, только подбадривал. И все-таки, если откровенно, — улыбается Иванов, — я бы хотел быть таким. (Я спросил Шустикова, приходилось ли ему в капитанской должности употреблять власть, одергивать, наставлять кого-то, он, подумав, ответил, что да, приходилось: «Вот Краснову, бывало, иногда внушал: поосторожнее, помягче, Володя». Я невольно засмеялся, услышав об этом капитанском «максимуме» Шустикова, ведь всем хорошо известно, что Краснов никогда не отличался деликатными манерами).
О Шустикове до сих пор я говорил больше словами Маслова, Симоняна. Хотелось бы еще кое-чем дополнить его игровую биографию.
— Я, — объяснял Виктор, — не делил соперников на слабых и сильных, все были для меня сильными, а каждый матч — самым ответственным. И особенно любил по зонному принципу, потому что в зоне чувствуешь себя свободнее, больше простора для творчества. Но не раз, конечно, получал от тренеров установку на персональную опеку. В атаках участвовать тоже приходилось, но попасть в клуб Федотова, — Шустиков чуть улыбается, — не стремился (от себя добавлю, что в критические для команды минуты стоппер с шестым номером на спине бросал свою позицию и смело, но без малейших признаков отчаяния — эх, мол, была не была, терять нечего! — шел вперед и не так уж редко забивал голы). Шустикову есть что вспомнить и о своем участии в составе сборной, в матчах с испанцами и итальянцами, о тяжелом, как будто бы не совсем «провальном» (его слова) противоборстве с Маццоллой. Но вот что интересно: крепче всего держатся у него в памяти не те матчи, в которых он выглядел хорошо, а те, которые он, по собственному его выражению, проиграл, и доныне испытывает укоры совести (на мой взгляд, совершенно напрасно). К ним Шустиков прежде всего относит финальный матч на Кубок со «Спартаком» поздней осенью 1958 года.
Основное время завершилось вничью, а в добавочное Симонян, с которого Шустикову велено было ни на секунду не спускать глаз, забил решающий мяч. В страшенной толчее на торпедовской штрафной, когда трудно было, несмотря даже на естественное различие формы, разобрать, кто свой, а кто чужой, мяч попал к Симоняну, Шустиков стоял в полушаге, и если бы спартаковский центрфорвард замахнулся для удара, то мяч бы у него из-под ног был отбит, но Симонян в какое-то мгновение сообразил, что для замаха у него просто не хватит времени, не разгибая ноги, ткнул мяч носком, и тот влетел в сетку. «Хороший урок преподал мне Никита Павлович, на всю жизнь запомнил».
Я спросил, как чувствует себя Виктор в роли тренера.
— Пока только учусь. Учусь у Валентина Козьмича Иванова, у Юрия Васильевича Золотова, работать с ними интересно. Много ценнейших уроков получил я, еще когда сам играл, от Виктора Александровича Маслова. Главное, по-моему, чтобы все ребята прониклись сознанием, душой поняли, за какой клуб играют.
— Как вы в свое время, Виктор, да?
Смущенно:
— Ну, при чем тут я...?
Вот такой он, Виктор Шустиков, — человек рабочей косточки, рыцарь футбола.
Илья БАРУ. («Советский спорт», 1974).

Источник: архив В..Расстригина.    2016-02-02 22:07:31

Какое это все-таки удивительное зрелище — открытие нового футбольного сезона: всюду улыбки, цветы, песни, плакаты. Казалось, все жители древнего Еревана уже с утра спешат на свой красавец стадион «Раздан». Болельщики, соскучившиеся после долгого перерыва по футболу и по своей любимой команде, идя на первый матч в сезоне, обычно ждут что-то особенное, радостное, втайне надеясь не только на успех своего клуба, но и на возможность увидеть в игре черточки нового, отличного от полуистершихся в памяти впечатлений прошлогоднего сезона.
И, думаю, что первая встреча старых соперников в новом сезоне — встречавшихся, кстати, в 25-й раз — во многом пришлась по вкусу многочисленным знатокам футбола, хотя в игре и чувствовались еще «весенние огрехи» в передачах и ударах по воротам, особенно со стороны хозяев поля.
В начале игры тысячеголосо охнул весь стадион, когда после слов диктора, объявляющего составы, все узнали, что чемпион страны выходит на поле без трех травмированных игроков — Коваленко, Саркисяна и Андриасяна.
Тренер Н.Симонян вынужден был, по существу, сформировать почти заново всю оборону, введя в нее даже обычно атакующего полузащитника Бондаренко.
Тренер торпедовцев В.Иванов наверняка учел эти перестановки в рядах «Арарата». Вперед у гостей были выдвинуты не только Никонов и Абрамов, но и Еськов. В центре поля выясняли отношения «тройки» хавбеков. У хозяев поля это были Петросянц, Заназанян и Погосян. У москвичей — Юрин, Филатов и Худиев.
Пожалуй, вначале ереванцы были активнее, и прежде всего за счет фланговых прорывов Петросянца. Несколько раз опасно бил по воротам издалека Бондаренко. А удар Маркарова с полулёта на 16-й минуте был выполнен идеально, и спас автозаводцев лишь блестящий бросок молодого голкипера.
Гости не оставались в долгу. И вот уже чемпионов спасает от неприятностей вратарь Абрамян, сумевший взять мяч после неожиданного удара Еськова. События меняются с калейдоскопической быстротой.
28-я минута, Подачу с фланга аккуратно выполняет Филатов. И Абрамов в борьбе с двумя защитниками сумел послать мяч головой в верхний угол ворот.
Был ли гол случайным? Думаю, нет. Он явился наградой Абрамову за его беспрерывный маневр, за постоянное желание врываться в штрафную чемпионов. Кстати, торпедовцы умело использовали это стремление левого крайнего, и Еськов, и Филатов беспрерывно снабжали его мячами, внося остроту в действия всей команды.
Тайм, в котором «Торпедо» тактически выглядело предпочтительнее, закончился отчаянной атакой ереванцев. Удар Петросянца принял на себя Белоусов...
Вторая половина игры прошла с полным территориальным преимуществом чемпионов. Пожалуй, лишь один вратарь Абрамян не имел возможности ударить по воротам «Торпедо». Но автозаводцы не только хладнокровно оборонялись, но и остро контратаковали и довели встречу до победного конца.
В заключение не могу не отметить, что из ансамбля чемпионов явно выпадали Иштоян и Казарян, слабее обычного выглядели Погосян и Арутюнян.

В.Понедельник, заслуженный мастер спорта. «Советский спорт»

Источник: архив В..Расстригина.    2016-08-17 13:28:19

Фото, рисунок:    Как загрузить рисунок?

Добавить отчет о матче:         Как добавить видео с youtube?

Источник:


До дняигвнпмячиразн.Оч
После дняигвнпмячиразн.Оч
1.Днепр (Днепропетровск)11002-022
2.ЦСКА (Москва)11003-122
3.Кайрат (Алма-Ата)11002-112
4.Торпедо (Москва)11001-012
5.Динамо (Киев)10101-101
6.Заря (Ворошиловград)10101-101
7.Зенит (Ленинград)10101-101
8.Карпаты (Львов)10101-101
9.Пахтакор (Ташкент)10101-101
10.Спартак (Москва)10100-001
11.Черноморец (Одесса)10101-101
12.Шахтёр (Донецк)10100-001
13.Арарат (Ереван)10010-1-10
14.Динамо (Москва)10011-2-10
15.Динамо (Тбилиси)10011-3-20
16.Нистру (Кишинёв)10010-2-20
редактирование

Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
При поддержке сайта ФК "Динамо" (Москва)