Бышовец Анатолий Федорович тренер от 1987 ноя - до 1990 авг

      Когда в ноябре 1987 года динамовская общественность и поклонники команды узнали о новой перемене у руля команды, их беспокоил в первую очередь малый тренерский клубный стаж нового наставника, вернее полное отсутствие такового. В недавнем прошлом один из ярких и творчески одаренных нападающих киевского «Динамо» и сборной СССР, он долгое время работал с юношескими командами киевского «Динамо» и сборных страны и не имел никакой практической работы в командах мастеров. Так что ему на этом поприще предстояло дебютировать.

      Было еще одно обстоятельство, мешавшее создать полное представление о потенциале нового наставника команды. Это его раздвоенность. В московское «Динамо» он пришел уже как тренер олимпийской сборной страны и довольно много внимания и времени уделял вопросам подготовки этой сборной, что, конечно, как бы много он ни говорил о пользе такого совместительства, чтобы находиться в хорошем тренерском тонусе, на пользу его клубной команде явно не шло. Фактически он только полтора года — 1989 и первую половину 1990 года проработал как «чистый» клубный тренер. И когда в 1990 году, впервые в его клубной тренерской деятельности, наметился крупный успех, полностью проявиться его тренерским возможностям помешало его избрание последним тренером сборной СССР и СНГ в августе 1990 года. Так что от результатов работы этого наставника остались фрагментарные, не цельные впечатления.

      Будучи дальновиднее и благоразумнее своего предшественника, он быстрых турнирных успехов не обещал, подчеркивая, что создание боеспособного, солидного футбольного коллектива требует не менее трех лет полноценной и напряженной работы. Он чуть-чуть не дотянул до этого срока, уйдя в сборную. Поэтому ему нельзя предъявлять никаких претензий за то, что команда при нем ничего серьезного не достигла, в лучшем случае, только приблизившись к пятерке сильнейших клубов страны. Даже если учитывать третье призовое место, достигнутое формально его продолжателями, нужно признать, что в годы его работы московское «Динамо» выступило более бледно и в целом более нестабильно, чем при его предшественнике.

      Такое же не цельное впечатление оставила его селекционная и учебно-тренировочная работа с командой. Конечно, с первых же дней своей работы в новом коллективе Анатолий Федорович проявил себя глубоким и творческим специалистом, тонким психологом, умеющем разглядеть в футболисте его возможности, в ходе индивидуальных бесед убедить его действовать на поле осмысленно, творчески, с полной отдачей. Именно при нем в основном составе команды закрепился наконец-то Александр Уваров, смело были выдвинуты из дублирующего состава молодые Андрей Чернышов, Вячеслав Царев, Андрей Сметанин, взят из липецкого «Металлурга» настоящий боец Евгений Долгов, из ивановского «Текстильщика» напористый и настырный Роман Пилипчук, из барнаульского «Динамо» Евгений Смертин, из минского «Динамо» Сергей Деркач. Но сколько же одновременно с этим в команде появилось случайных футболистов, можно сказать временщиков, бывших, как правило, не сильнее молодежи в дублирующем составе, но внесших в коллектив дух прагматизма и безразличия к славным традициям и устоям жизни коллектива. Назовем, к примеру, А.Середу, А.Моха, Г.Морозова, С.Процюка, А.Еременко.

      С одной стороны, несомненно, что Анатолий Федорович любил и умел работать с молодыми футболистами. При нем закрепились в основном составе и полностью раскрылись Сергей Кирьяков, Игорь Добровольский, Андрей Кобелев, Сергей Деркач, Игорь Скляров и многие другие. Но с другой, именно при нем не нашлось места в основном составе Сергею Овчинникову, Равилю Сабитову, Александру Смирнову, приглашенному из «Зенита» Сергею Дмитриеву. Причем мы назвали только тех, кто полностью проявил себя в других достаточно сильных коллективах, а, к примеру, Овчинников стал со временем вратарем сборной России.

      Выяснилось к тому же, что Бышовец делал ставку на тех футболистов и специалистов, которых или знал с юных лет, или которым доверял как своим друзьям и соратникам. Так в московском «Динамо» появился в качестве тренера С.И.Альтман или бывший воспитанник Анатолия Федоровича С.Процюк. Хотя они явно не были сильнее тех его помощников, с которыми он начинал работу, или тех футболистов, что выступали в дубле команды. Бышовец слишком круто поступил со многими игроками, которые верой и правдой служили «Динамо», — И.Булановым, В.Каратаевым, В.Васильевым, считая их игроками одноплановыми и несовместимыми ни с другими игроками, ни с требованиями современного футбола. Даже один из лучших бомбардиров команды А.Бородюк из-за с каждым днем ухудшавшегося взаимопонимания с главным тренером вынужден был раньше времени уехать в Германию.

      Но даже не в этом был еще один из тревожных симптомов в тренерской деятельности Анатолия Федоровича. В конечном счете, главный тренер имеет право проводить в жизнь те вкусы и отдавать предпочтение тем игрокам, которые на его взгляд лучше соответствуют его тренерским представлениям и концепциям, поскольку именно он отвечает за результаты. Хуже всего было то, что в эти годы стали намечаться разногласия и взаимное недопонимание между тренерским штабом «Динамо» и руководством общества. С каждым годом росла стена взаимного недоверия, углублялись разногласия, тренерский штаб и руководство начали по-разному оценивать задачи и требования к коллективу. До открытого конфликта эти разногласия дойдут уже при преемнике Анатолия Федоровича, но закладывались они при нем и, скажем откровенно, именно им инициировались. Так что при полном желании успешным период жизни московского «Динамо» при Бышовце никак не назовешь.

      Помощниками А.Ф.Бышовца в 1988 году были А.С.Голодец, в 1989 и 1990 годах — С.И.Альтман и Н.П.Гонтарь, к которым в 1990 году присоединился А.И.Кукушкин.


      ИЗ СПОРТИВНОЙ БИОГРАФИИ А.Ф.БЫШОВЦА

      Дата и место рождения — 23 апреля 1946 года, Киев.

      Позиция — центральный нападающий, тренер.

      Спортивное звание - заслуженный мастер спорта (звание присвоено в 1991 году), заслуженный тренер СССР (в 1989 году).

      Выступления и достижения в футболе. Начал играть в 1958 году в группах подготовки киевского «Динамо». В 1963-1973 годах выступал за «Динамо» (Киев). Был чемпионом страны 1966, 1967, 1968 и 1971 годов; вторым призером чемпионатов СССР 1969 и 1972 годов. Обладатель Кубка СССР 1966 года. В 1971 году был капитаном киевского «Динамо». В 1966-1972 годах выступал в первой сборной СССР, в которой провел 40 матчей и один неофициальный матч, забил 15 мячей. Участник финального турнира чемпионата Европы 1970 года (в нем провел 4 матча, забил 4 мяча), финального турнира чемпионата мира 1968 года (в нем провел два матча), участник отборочных матчей чемпионата Европы 1972 года, отборочных матчей олимпийских игр 1968 года. Пять раз входил в список «33-х лучших футболистов страны»: в 1966, 1969 и 1971 годах - № 1, в 1968 и 1970 годах - № 3. Один из самых ярких и самобытных футболистов страны второй половины 60-х-начала 70-х годов. Отлично технически подготовленный, обладал филигранной техникой обводки и неповторимым дриблингом. Подолгу не расставаясь с мячом и держа его слишком близко к корпусу, смело шел на обыгрыш защитников, тонко чувствовал голевую ситуацию перед воротами соперников, умел на небольшом участке поля обыграть нескольких соперников и выдать партнерам точный пас. Всегда был нацелен на ворота, имел сильный удар с обеих ног, бил по воротам без подготовки, мгновенно используя позиционные ошибки игроков обороны. Был лучшим нападающим сборной СССР на чемпионате мира 1970 года, поделив с Пеле четвертую строку в списке лучших бомбардиров турнира. Преждевременно завершил свою футбольную карьеру игрока из-за многочисленных травм, вызванных в том числе и его своеобразной техникой.

      Тренерская деятельность. В 1968 году окончил Киевский государственный институт физической культуры. В 1974-1985 годах работал сначала тренером, затем старшим тренером и директором групп подготовки, а потом СДЮШОР по футболу «Динамо» (Киев). В 1986-1987 (по октябрь) годах был старшим тренером отдела футбола ЦС «Динамо». В 1987 (с ноября)-1990 (по август) годах был главным тренером московского «Динамо», в 1992 (с октября)-1993 (по май) — АЕЛ (Лимасол, Кипр), в 1997-1998 (по октябрь) годах — «Зенита» (Санкт-Петербург), с 1999 (с мая) года — «Шахтера» (Донецк, Украина). В 1982-1985 годах был старшим тренером юношеских сборных СССР, в 1986 (с июля)-1988 (по октябрь) годах — главным тренером олимпийской сборной СССР, в 1990 (с июля)-1992 годах — главным тренером первой сборной СССР/СНГ, в 1994 году (февраль — июль) был техническим директором, а в 1994 (с августа)-1996 (по август) годах — главным тренером сборной Южной Кореи. С 23 июля 1998 по 18 декабря 1998 года был главным тренером сборной России. Ведомая Бышовцем олимпийская сборная СССР во второй раз в истории отечественного футбола стала победителем Олимпийских игр 1988 года; первая сборная СССР/СНГ выиграла отборочный цикл чемпионата Европы 1992 года и вышла в финальный турнир. Сборная Южной Кореи под его руководством вышла в финальный турнир Олимпийских игр 1996 года. Возглавляемая им юношеская сборная СССР в 1984 году заняла второе место в турнире УЕФА среди 16-летних юношей. Под его началом «Динамо» (Москва) в 1990 году стало третьим призером чемпионата СССР. Тренируемая им юношеская команда киевского «Динамо» в 1978 году стала победителем Всесоюзных соревнований среди специализированных футбольных школ, а юношеская сборная Украины в 1980 году была обладателем «Кубка надежды».

      Награжден орденом Трудового Красного Знамени (в 1989 году) и орденом Почета (в 1997 году).


Добавил: И.С.Добронравов
2016-02-01 16:56:00


Великий дриблер

1. Игрок.
Анатолий Бышовец был одним из самых титулованных советских футболистов второй половины 60-х годов. В период 1966-71 годов он неизменно включался в список 33 лучших футболистов страны, чего сумели добиться кроме него только Альберт Шестернёв и Муртаз Хурцилава. За карьеру, учитывая 1972 год, он получил четыре золотых и две серебряных медали чемпионата СССР, выиграл Кубок страны, играл в полуфинале чемпионата Европы и четвертьфинале чемпионата мира. Однако все эти формальные достижения лишь отвлекают от главного – Бышовец был одной из ярчайших советских звёзд той эпохи. Он не уступал в блеске ни упомянутым, действительно великим защитникам, ни игравшим рядом с ним Эдуарду Стрельцову и Игорю Численко.
Он был уникальным дриблером. Мяч был словно привязан к его ногам. При этом в отличие от его предшественника Михаила Месхи и последователя Владимира Гуцаева, он был начисто лишён грузинского позёрства. Он не работал на публику эффектными размашистыми финтами, никогда не обводил соперника на месте по два-три раза, чтобы усадить на пятую точку и подать мяч в центр партнёрам. Феноменальный дриблинг Бышовца был быстр и рационален – подчинён задаче продраться к воротам и забить гол. Забить самому. Его сольные проходы часто были истинными шедеврами. Так, в дебютном 1966 году он в четвертьфинале кубка накрутил пятерых спартаковцев и неотразимо пробил мимо Маслаченко, а в финале на первой же минуте ножом по маслу разрезал торпедовскую оборону и переиграл Кавазашвили.
Нельзя сказать, что он был узколобым дриблером. Можно вспомнить и его гол боковыми ножницами в акробатическом прыжке австрийцам в отборочном мачте 1967 года, и красивейший гол рыбкой торпедовцам в ключевом матче первенства 1968 года, и дальний выстрел в паутину ворот Бельгии на чемпионате мира 1970 года. Не раз радовал он партнёров и отличными голевыми пасами, но делал он их почти только от безысходности или в редкие моменты благодушия. Весь стиль игры Бышовца был заточен на личный успех. И он его добивался – сыграв в 1966-72 годах на треть меньше матчей, чем конкуренты по атаке киевского «Динамо» Пузач и Хмельницкий, он опередил их обоих по количеству забитых мячей.
Не относился он и к категории «молодец против овец». Подобно тому же Численко, он обычно выглядел лучше в важных играх. Факт, что все мною уже перечисленные эффектнейшие голы были забиты им в важных турнирных поединках, а ведь были ещё и победный третий гол в великом четвертьфинале с венграми 1968 года, и решающие с точки зрения турнирной стратегии голы Северной Ирландии при отборе на чемпионат мира-70 и чемпионат Европы-72. Да ещё по голу в каждом из двух матчей Кубка чемпионов против «Селтика» в 1967 году, выбившие из розыгрыша его действующего обладателя.
Явления Бышовца Европе, погрязшей в то время в бетонных оборонительных системах, неизменно производили фурор, зарубежная пресса не жалела восторженных эпитетов в его адрес. Четыре гола в четырёх матчах на чемпионате мира в Мексике в 1970 году (столько же забил сам Пеле, но в шести матчах) выдвинули его в число «звёзд» мирового уровня. Владимир Семёнович Высоцкий увековечил его в своём творчестве («Ведь недаром клуб «Фиорентина» предлагал мильон за Бышовца»), украинская диаспора в Канаде, по слухам, соорудила ему там памятник в полный рост. Ему было всего 24 года.
Но… внезапно нарисовался пат. Увы, лучшим средством против «дриблинга» всегда был «костоломинг». Били Бышовца нещадно. Из 234 матчей чемпионата СССР за период 1966-72 годов он пропустил 102, треть из которых из-за отзывов в сборную, а около семидесяти – из-за травм и их последствий. Это не считая 1973 года, когда 27-летний Бышовец лишь однажды вышел на замену. Увы, футбольный мир жестокосерден, и трагедия недавней звезды осталась на периферии общественного внимания, подобно падению Икара на картине Питера Брейгеля.
Простимся с футболистом Бышовцом и отметим, что в восьми матчах против московского «Динамо» забить гол ему так и не удалось.

2. Тренер молодёжи.
Честолюбивый Анатолий начал новую жизнь в футболе, устроившись рядовым тренером в школу родного киевского «Динамо». Казалось, что шансов пробиться наверх у него нет. Именно в конце 1973 года в Киеве обосновался Валерий Лобановский. Бышовец очень быстро составил ему фронду, выступая в прессе за раскрепощённый футбол и против догматических схем. Холодный беспощадный Макиавелли против романтика Гарибальди – так выглядело это противостояние стараниями Бышовца. Лобановский на выпады не реагировал, но наверняка записывал на корочку – вряд ли он потом случайно мариновал несколько лет в дубле воспитанного оппонентом Алексея Михайличенко.
Однако искусный дриблер-футболист оказался и искусным дриблером-тренером. Он использовал минимальные шансы и упорно двигался к цели. В 1978 году со школьной командой 1963 г.р. (известным мастером стал только Михайличенко) он выиграл союзный чемпионат, получил сборную Украины того же года и выиграл с ней союзный Кубок «Надежды» в 1980 году. Тут же он вышел на новый уровень и возглавил юношескую сборную страны 1966 г.р., с которой занял второе место на чемпионате Европы 1984 года. В 1986 году ему поручили олимпийскую сборную – так что в тренерской иерархии он как-то незаметно вдруг оказался сразу за Лобановским.
Отметим, что уже тогда за ним тянулся шлейф слухов о небескорыстном включении в состав сборных отдельных футболистов. Позднее не раз специалистов «терзали смутные сомнения» по поводу некоторых его кадровых предпочтений и в олимпийской сборной, и в московском «Динамо», и в сборной СССР-СНГ, но – «не пойман, не вор», и я развивать эту тему дальше не буду.
Показалось, что Бышовец загнал себя в тупиковую ситуацию. В олимпийскую сборную он не мог привлечь с полсотни сильнейших игроков страны, засветившихся в отборочных и финальных матчах чемпионата мира-86. Не имел он и явной базовой команды – приходилось собирать сборную с миру по нитке. При этом особых шансов на успех у этой команды вроде бы и не было, а осенью 1988 года она объективно прекращала своё существование, и призрак разбитого корыта маячил перед тренером.
Но «мастерство не пропьёшь». Бышовец упорно по кирпичику выстраивал олимпийскую сборную, а параллельно соорудил себе «запасной аэродром» в лице московского «Динамо». Футбольные власти не могли ничего возразить против подобного совместительства, ибо совсем недавно санкционировали его для Лобановского. Некрасиво, конечно, получилось с Эдуардом Малофеевым – всего через год после выигрыша серебряных медалей он поддался на уговоры взять больничный лист, а вскоре по телевизору увидел Бышовца на скамейке «Динамо». Впрочем, сам Малофеев перед этим с Севидовым обошёлся тоже, мягко говоря, некорректно.
В Сеуле Бышовца с олимпийской сборной ждал триумф. Бывают дни, когда даже неоднозначные решения оказываются верными – так, в частности, неожиданно удачным оказался центр обороны сборной, в последний момент сформированный из полузащитника Горлуковича и крайнего защитника Кеташвили. Лучший турнир в жизни провели Игорь Добровольский и Алексей Михайличенко, при эффективной помощи партнёров обыгравшие совсем не слабые сборные Италии с Рицителли, Карневале, Вирдисом и Бразилии с Таффарелом, Ромарио, Бебето. Жаль, только, что триумф не был абсолютным – Лобановский тремя месяцами ранее выиграл с первой сборной европейское серебро, так что его трон остался за ним. Пришлось возвращаться на тот самый запасной аэродром.

3. Тренер московского «Динамо».
Между тем, дела московского «Динамо» шли в 1988 году ни шатко, ни валко. Пока мысли тренера и нескольких футболистов больше витали в Южной Корее, перспективная команда постепенно опускалась по турнирной таблице, так что по возвращении из Сеула осознала себя находящейся на 14-м месте. На финише удалось вползти в десятку – то есть сохранить ту же позицию, что была признана неудовлетворительной в предыдущем сезоне. Между тем, дублирующий состав под руководством Голодца в своём турнире стал первым, и сложившаяся ситуация как-то наводила на определённые размышления.
Из некомфортного положения Бышовец вышел двумя элегантными финтами. Главной причиной неудачи на клубном уровне он назвал отсутствие «коллективной нацеленности на высокий результат», позволив себе «забыть», что сам перед стартом сезона сформулировал задачу следующим образом: «При удачном стечении обстоятельств войти в пятёрку, при неблагоприятном – в десятку». Свалив, таким образом, ответственность на исполнителей, Анатолий Фёдорович начал поднимать в первый состав дублёров. Уже в конце 1988 года в основе закрепились Уваров и Кобелев, в 1989 году за ними последовали Чернышов, Кирьяков и Смертин. Ну, а взрастивший их Голодец в качестве благодарности был отправлен во вторую лигу – поднимать «Динамо-2». Помощниками главного тренера стали два бывших вратаря – Николай Гонтарь и безвестный Семён Альтман, знакомый Бышовцу со времён выступлений за детские команды в Киеве.
В 1989 году Бышовцу пришлось, наконец, серьёзно осваивать науку управления клубной командой. Давалась она ему тяжело, хотя наличие костяка футболистов среднего возраста и одной из самых одарённых в стране групп молодёжи вроде бы рисовали завидную перспективу. Однако вместо формирования сбалансированного коллектива главный тренер в рекордно короткие сроки избавился от Бородюка, Буланова, Позднякова, а по окончании сезона – и от Каратаева (всем им было от 26 до 27 лет). Их места заняли откровенные временщики вроде Моха, Ерёменко, Середы, разве что Деркач оказался исключением. На финише «Динамо» стало только восьмым, и кресло под Бышовцом закачалось.
И снова в сложной ситуации Анатолий Фёдорович заработал в полную мощь. В следующем сезоне 1990 года «Динамо» быстро закрепилось в группе лидеров, и к концу первого круга от первого места его отделяло всего два очка. И тут Бышовец неожиданно получил «шанс жизни». Неудача сборной на чемпионате мира сейчас не представляется столь трагической, но времена тогда были другими – и представление о месте советского футбола в мировой иерархии было завышенным, и раскрепощённая перестройкой общественность с удовольствием ниспровергала былых кумиров во всех областях жизни.
Лобановского с наслаждением топтали ногами в прессе и на совещаниях, и в первых рядах пламенных борцов за новое светлое будущее оказался Бышовец. Его активность откровенно пугала Вячеслава Колоскова, но даже тому пришлось отступить перед дриблингом мастера – федерацией футбола были устроены выборы нового тренера, на которых Анатолий Фёдорович набрал голосов вдвое больше конкурента Кучеревского и возглавил сборную.
Из «Динамо» пришлось уйти, но совсем без присмотра бывшую команду Бышовец не оставил. Когда через несколько месяцев динамовское руководство вознамерилось назначить вместо унылого Альтмана серьёзного тренера (речь шла о Бескове), в команде «неожиданно» вспыхнул бунт с собраниями, коллективным обращением футболистов, подборками возмущённых писем болельщиков и прочими обязательными элементами народной демократии. Всё это происходило в разгар борьбы за медали, и руководство сочло разумным отступить. Гол Колыванова за три минуты до конца матча последнего тура в Волгограде принёс «Динамо» третье место, а сняли Альтмана уже в следующем году за полностью проваленный старт.
Трудно сказать, зачем Бышовец организовал эту акцию (а его «авторство» сомнений ни у кого не вызывало). То ли хотел сохранить запасной аэродром, ведь борьба за выход в финальную часть чемпионата Европы предстояла с третьей командой мира – Италией. То ли просто оттачивал технику нового финта, кожей чувствуя – пригодится. Так или иначе, связывавший его с «Динамо» мост был им сожжён.

4. Дриблинг на высшем уровне.
В сборной Бышовец революцию устраивать не стал. Подбирая состав, старался сделать его географически сбалансированным. Определяя тактику, забыл о зрелищном футболе с шашками наголо, не чурался, когда надо, уходить в глухую оборону. Важным направлением работы стало выколачивание из Колоскова материальных благ для сборной. Футболисты души в нём не чаяли, но футбольные власти в условиях наступающей разрухи особого восторга по поводу аппетитов главного тренера не испытывали.
Горизонт перед Бышовцом становился всё более безоблачным. Пройдена Италия, в финальном турнире добыты ничьи в матчах с Голландией и Германией. Оставалось обыграть немотивированную Шотландию – и сборная в полуфинале чемпионата Европы. Увы, оказалось, что с похмелья шотландцы играют лучше, чем в трезвом виде. Шокирующие 0-3 выбили тренера из колеи, и он допустил тактическую ошибку, отправившись отдыхать и переживать неудачу на Кипр, будучи уверенным в скором возобновлении работы со сборной.
Так не считал Колосков. Матёрый аппаратчик обратил внимание, что теперь сборная будет совершенно новой – уже российской, и объявил новые выборы. Такой поворот застал Бышовца врасплох, и он сгоряча отказался в них участвовать. Не дожидаясь, пока мэтр передумает, Колосков сотоварищи избрали тренером Павла Садырина.
Поражение Анатолий Фёдорович признавать не хотел, и начал готовить новую революцию. На этот раз он усилил дриблинг – помимо обхаживания футболистов, заручился мощной поддержкой в политических кругах через ельцинского любимца Шамиля Тарпищева. Через год грянуло «Письмо 14-ти», ведущие игроки сборной открыто потребовали заменить Садырина Бышовцом. Однако Колосков едва ли не единственными ходами спас эту трудную партию, тем более что в конце 93-го года политикам было не до футбола.
Пришлось Анатолию Фёдоровичу отправиться в Южную Корею, где всё напоминало ему о часе триумфа. Со сборной этой страны он добился локальных, но вполне значимых успехов, однако внимательно наблюдал за развитием событий в России, лелея мечту о реванше. Наконец, ситуация созрела. Невыход в 1997 году сборной под управлением Игнатьева в финал чемпионата мира открывал новые возможности. Клубные тренеры не горели желанием покидать насиженные места, и сборную по умолчанию должен был принять наставник молодёжки Гершкович, но тут, подобно Наполеону с Эльбы, в Россию вернулся Бышовец.
Казалось бы, теперь он предусмотрел всё. Возглавив в начале 1998 года хилый «Зенит», Бышовец к концу первого круга вывел его на второе место. Колоскову со своим протеже Гершковичем объективно нечего было противопоставить такому кандидату, и отказать настойчивой просьбе президентской администрации назначить в сборную Бышовца он не смог.
Увы, фарта Анатолию Фёдоровичу хватило чуть больше, чем Наполеону – вместо 100 дней он продержался около четырёх месяцев. Августовский дефолт перевернул политический мир, и Бышовец остался один на один со «стаей товарищей». Романцев, например, отказывался отпускать своих футболистов на товарищеские матчи сборной, а в официальных они действовали прохладно. Ковтун и вовсе принёс победу в Исландии сопернику шикарным голом в падении головой в самый уголок собственных ворот. Сборная терпела одно поражение за другим
Между тем, «Зенит», где Бышовец согласился временно совмещать работу, с начала августа набрал в семи матчах два очка и спикировал в середину турнирной таблицы. В конце сентября Анатолий Фёдорович «обнаружил» у себя гастрит и оставил северную столицу, к явному раздражению руководства клуба. В конце ноября он был изгнан и из сборной – Ватерлоо для него стало поражение 1-5 в Бразилии.

5. Эпилог.
Занавес, по большому счёту, задёрнулся. Далее Анатолий Фёдорович пробавлялся репризами, которые становились всё реже и короче. Нигде с тех пор он в качестве тренера не задержался и на год. Не будем унижать этого действительно неординарного специалиста деталями, упомянем лишь три любопытных эпизода.
Едва покинув сборную, он предложил свои услуги «Динамо», откуда вдруг засобирался в «Торпедо» Георгий Ярцев. Перспектива так напугала руководство ФК, что оно предпочло не отпускать Ярцева, ссылаясь на действующий контракт (смешная ситуация, правда?).
Весной 1999 года Бышовец пошёл в отчаянную «психическую» атаку и открыто бросил вызов Лобановскому – за два месяца до конца украинского чемпионата возглавил «Шахтёр». Горняки на момент его прихода опережали киевлян на одно очко при двух лишних играх, но в результате отстали на девять очков, да ещё уступили в полуфинале кубка Украины «Карпатам». После восьми стартовых туров следующего первенства Бышовец уступал Лобановскому уже шесть очков и уехал из Донецка.
В 2005 году сгустились тучи над вечным, казалось бы, Вячеславом Колосковым, и Анатолий Федорович рассчитывал вернуться в более благожелательную Россию, но тут его ждал решающий удар – сменил Колоскова в РФС Виталий Мутко. Именно он в 1998 году был президентом «Зенита», которому столь безрассудно Бышовец выказал пренебрежение.
Ныне Анатолий Фёдорович составляет конкуренцию Бубнову в плане эпатажа публики. Вот только тот занимается этим сознательно.

Добавил: эксПалыч
2016-02-01 16:56:02

Фото:


Добавить комментарий:
Источник:


редактирование

Рейтинг@Mail.ru
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
При поддержке сайта ФК "Динамо" (Москва)